Ее рука коснулась его подбородка, большой палец скользнул по щеке, затем по губам, потом обхватила его подбородок, приподнялась и прикоснулась губами к его губам.
Потом уронила голову на кровать и прошептала:
— Мне пора идти на работу, малыш.
— Ага, — ответил он, затем опустил голову поцеловать ее, и поцеловал намного сильнее и намного дольше, поцелуй Лейна был влажным.
Затем он скатился с нее, наблюдая, как она поднялась с кровати и подошла к гардеробу.
Значит девочки.
Первую они назовут Сесилией.
* * *
Вторник, 18:53 вечера.
Лейн взбежал по ступенькам к квартире Рокки, вставил ключ в замок, вошел, попав в приглушенное освещение, тихую музыку и свечи, зажженные по всей комнате.
Он закрыл дверь, повернулся к кухне, Рокки в фиолетовой футболке с рычащим белым бульдогом спереди смотрела на него.
— Свитчикс, я ценю твои усилия, но должен сказать, что двух мнений быть не может.
Она усмехнулась, уперев руки в бедра.
— Дом не всегда должен быть наполнен звуком футбольных щитков и запахом несвежего пива, — ответила она.
— Не всегда, — согласился он, снимая куртку и направляясь к креслу. — Иногда дом должен быть наполнен звуками кроссов, скользящих по полю, свистками и запахом сырных начо.
Он бросил куртку на стул и развернулся как раз вовремя, так как Рокки выбежала из кухни, собираясь броситься в его объятия.
Он подхватил ее за задницу, она обхватила его руками и ногами, и опустила голову, ее губы коснулись его губ, приоткрылись, его губы приоткрылись в ответ, ее язык тут же скользнул внутрь.
Он позволил ей целовать себя, затем зарычал, начав целовать ее, пока она не мяукнула, затем приподняла голову и заглянула ему в глаза.
— Поймали каких-нибудь плохих парней? — прошептала она, пока он нес ее на кухню.
— К сожалению... нет, — прошептал он в ответ.
Ее брови поползли вверх.
— А плохих женщин?
— То же самое нет.
— Черт. — Все еще шептала она, и он опустил ее задницу на стойку, она крепко обхватила его руками, чтобы он придвинулся ближе и обнял ее.
Лейн сменил тему.
— Что у нас на ужин?
— Ризотто с грибами.
Настала очередь Лейна приподнять брови.
— С мясом?
Она улыбнулась.
— Эм... нет. С грибами.
— С пепперони?
— Неа.
— С сосисками?
— Неа.
— С гамбургерами?
Она начала хихикать и выдавила:
— Нет.
— Детка, — прошептал Лейн.
— Тебе оно понравится. В нем много сыра пармезан, сыр делает любое блюдо потрясающим.
Господи.
Так говорил Джаспер, и она запомнила и вспомнила, как говорил его сын.
Господи. Он любил Рокки.
Но этого он ей не сказал, вместо этого спросил:
— Будешь каждый вечер так встречать мое возвращение домой?
— А ты хочешь, чтобы я так тебя встречала?
— Ага.
— Тогда буду.
Черт, он вспомнил. Ничего не изменилось. Возвращение домой к Рокки всегда было лучшей частью дня. Всегда.
Черт, да, он любил ее.
— Ты накормишь меня или позволишь трахнуть тебя на кухонном столе?
Ее рот стал мягким, веки опустились, но она спросила:
— А у тебя хватит сил трахнуть меня на кухонном столе?
— Ничего не ел с самого завтрака.
Ее губы приподнялись.
— Тогда я тебя сначала накормлю.
— Хорошо, тогда я пойду за пивом.
Она не отпустила его, а Лейн не двинулся с места.
— Сладкая попка, — сказал он, когда ее руки и ноги напряглись, лицо смягчилось, а глаза опустились на его губы.
Она передумала, и Лейну понравилось то направление, в котором она передумала, поэтому заскользил руками по ее спине.
Она замерла.
— У меня до сих пор нет жалюзи, — прошептала она.
Дерьмо.
— Хорошо, — прошептал Лейн, она придвинулась, прикоснулась губами к его губам, а затем отпустила его.
Лейн достал пиво, Рокки сделала глоток белого вина, прежде чем вытащила сковороду из духовки. Потом она накормила Лейна ризотто с грибами, оно было довольно вкусным.
Но сюда не помешало бы добавить мясо.
* * *
Среда, 16:02 вечера.
Зазвонил на столе мобильник Лейна, он перевел взгляд с Дэва, сидевшего напротив в его кабинете, на свой мобильник. Показав Дэвину палец, требуя минутки, поднял сотовый, открыл его и поднес к уху.
— В чем дело, свитчикс? — спросил он вместо приветствия.
— Только что произошло что-то странное, — ответила Рокки, и глаза Лейна метнулись к Девину, а мышцы на его шее напряглись.
— Что?
— Эм... ко мне после занятий подошла одна женщина, она заговорила со мной так, будто довно была со мной знакома. Болтушка, очень дружелюбная, Лейн, она говорила целую вечность. Я видела ее у школы, не часто, но видела ее здесь. Ее зовут Лисса Макгроу. Она мама Алексис.