— Ты что, поклонник «Ай лю-ли»? Нет уж, уволь. Вот, Марина, наверное, со мною согласна. Так ведь? — засмеялся Тронев.
— Ничего не имею против, — сказала Марина. — Иногда…
Снова в коридор ворвались звуки музыки.
— Пошли, Дима.
Марина взяла Димку за руку.
— Я уж лучше посижу. Ты иди танцуй свой любимый твист или рок.
— Идем, идем.
Она потянула его в зал.
— Что ты дуешься? Глупо, Димка.
— Я не дуюсь, но не понимаю, почему ты прицепилась к первому встречному пижону?
— По-моему, он веселый, славный парень. Тебе не понравился?
— Нет. Испортил мне вечер. Я хотел быть только с тобой.
— Я всегда с тобой, — шепнула Марина. — Ты должен знать…
Димка благодарно коснулся носом щеки Марины и улыбнулся. Мир был восстановлен. Обида исчезла.
— Ты с ним больше не танцуй. Ладно?
— Как хочешь. Мне он не нужен.
После танго они вернулись в коридор, к дивану. Виктор куда-то ушел. Марину еще несколько раз приглашали незнакомые курсанты, но она всем отказывала. Димка был счастлив. Конец вечера подошел незаметно. Виктор появился, когда оркестр играл последний вальс.
— Извините. Меня тут задержала одна компания. Не скучали без меня?
— Без вас не скучали. За долгое отсутствие благодарим, — засмеялась Марина.
— Идете домой? И я с вами.
— Ты не беспокойся, мы дорогу и без тебя найдем, — грубо сказал Роганов.
Виктор улыбнулся.
— Экий ты все же невежливый. Сказал бы: «Пожалуйста, Витя, идем, очень рады».
— Мне твои оценки не нужны. Какой есть. Не твое дело.
— Дима, — строго сказала Марина. — Не груби. Что ты в самом деле? Он тебя ничем не обидел. Пусть Виктор идет, если собрался домой.
Они вышли на улицу.
— Вы в какую сторону? — спросил Виктор. — Я к набережной.
— Мы тоже. Пойдемте, мальчики, посмотрим на парусники. Ведь скоро вы уйдете на них в плавание. Согласны?
Они пошли по пустынной улице.
— Вы знаете, Марина, возможно, мы пойдем за границу. Ходят такие слухи. Ты что-нибудь слышал? — обернулся Тронев к Димке.
— Для меня это не имеет никакого значения.
— Ну не скажи. Одно дело здесь болтаться, другое заходить в иностранные порты. Никакого сравнения.
— Для таких, как ты, а мне все равно.
— Врешь. Не можешь успокоиться? — насмешливо спросил Виктор. — Придется потерпеть. Марина хочет, чтобы я шел с вами. Верно, Мариночка?
— Не ссорьтесь, мальчики.
Они дошли до причала, где стояли баркентины. Медленно текла гладкая потемневшая река. На небе, как на гравюре, выделялись силуэты парусников.
— Красиво как, — вздохнула Марина. — Счастливые вы…
— Не особенно, Мариночка. Посмотрите на самый верхний рей. Ведь там придется работать и в шторм, и в качку. Я уже сейчас дрожу от такой мысли… Брр… — поежился Виктор.
Они долго стояли у парапета, любуясь судами.
— Надо домой, — с сожалением проговорила Марина. — Вон мой трамвай идет. Узнаю по огонькам. Белый и зеленый. Не провожай меня, Димка. Я доеду одна.
— Почему же? Мне не трудно.
— Не надо. Не хочу.
— Как хочешь, — рассердился Димка.
Марина вскочила в трамвай.
— Прощайте, мальчики!
Она помахала им рукой.
Виктор поднял растопыренную ладонь, обернулся к Роганову:
— Пошли, что ли?
Димка стоял набычившись, опустив сжатые кулаки в карманы.
— Пошли, — угрожающе сказал он.
Виктор усмехнулся, уловив интонацию Димкиного голоса.
— Успокойся, парень. Драки не будет. Пойдем.
— А может, и будет, — проговорил Димка и пошел за Троневым.
— Не будет. Нет причины. Да и дуэли теперь не в моде. Особенно на кулаках. Дикарство.
— Чего ты к нам привязался, — вспылил Димка. — Не знаешь, наверное, что третий лишний.
— Знаю.
— Так чего тогда прилился, как заплата к брюкам?
— Девушка мне твоя понравилась, и ты тоже. Славная она у тебя.
— Без тебя знаю. Завел бы лучше свою и не лез к другим.
— Ладно, не сердись, — миролюбиво проговорил Тронев. — Право, нет причины. Есть у меня своя девушка. Не хуже твоей, да не пришла на вечер. Ждал, ждал ее у входа, а она не явилась. А вы мне действительно понравились. Вот я и решил провести с вами время.
Димка продолжал молчать. Он не верил Виктору, но все-таки помягчел. А может быть, и не врет.
— Пойдем в сквер, покурим, потравим, — предложил Тронев. — Рано еще.
— Ну давай.
Они зашли в сад, сели на скамейку. Виктор вытащил плоский портсигар, протянул Димке.
— Так, значит, на первом в Средней мореходке? — спросил Виктор, дотрагиваясь до золотой «птички» на Димкином рукаве.