Те псы, которые смогли вовремя сообразить, что их судьба решена и этот бой проигран, избежали своей участи путем побега в лес. Но это были лишь единицы.
— Приветствуем вас, бойцы! — не опуская оружия и наведя ствол в сторону неизвестной парочки, произнес Черный.
— И вам наше искреннее приветствие. — Тот, что повыше, опустил оружие, его напарник повторил жест. — Если бы не вы, то, видимо, сегодня закончился бы наш рейд по Зоне.
— Предлагаю продолжить наше знакомство в здании, — я опустил оружие, Черный с Конем сделали то же самое секундой позже. — Тем более что мы с вами сделали тут самую натуральную мясную лавку с бесплатной раздачей. Ночью здесь будет стоять пир горой, и нам лучше в это время находиться за стенами.
— Зовут-то вас как? Меня Конем кличут, это вот Черный, а этот мужик с чудо-дробовиком — Леший.
— А мы слышали про вас, причем про всех троих. Я Восток, можно Андрюхой звать, это как удобно, а это брательник мой, Леха Запад.
Во время боя Запад стоял к нам правым боком, сейчас, когда они представились, он повернулся к нам лицом, и я заметил, что его левая штанина вся пропитана кровью.
— С ногой-то что?
— Да нормально все. Собака цапнула. Сейчас промою, перебинтую, пару укольчиков — и как новый буду.
— Ладно, пойдемте под крышу бинтоваться.
***
Прикрыв за собой решетчатую дверь, мы осмотрелись. Отлично, пустое помещение. В центре вход в подвал, справа от входа груда старых ящиков, вопрос с дровами решен. Устроились кто куда. Запад занял правый дальний угол и начал колдовать над своей ногой и аптечкой. Конь принялся разжигать костер под окном и доставать консервы. Черный вызвался подежурить первым у входной двери.
Все-таки дверь была не капитальная, а сделанная из стальных прутьев. И между ними легко могла залезть стая крыс или другая зонная пакость. Поэтому на всякий случай решили дежурить у дверного проема по очереди. Я направился к ящикам, чтобы помочь Коню с костром. Ко мне присоединился Восток
— Ты бы лучше брату своему с ногой помог.
— У него незаконченное медицинское, так что ему там помощь не нужна. Я вот что сказать хотел: спасибо вам, мужики. У нас ведь даже патронов бы на всех собак не хватило. Мы ваши должники.
— Ничего вы нам не должны. Мы все равно сюда направлялись. Поляну так и так пришлось бы зачищать.
— Ага, только уже без нас. Вы наверняка слышали выстрелы и могли просто подождать, когда все стихнет.
— Будем считать, что вам повезло, что мы оказались в нужном месте в нужное время. Что касается патронов, по рожку вам парни выделят, я их попрошу, но больше, извините, не сможем.
— Да что вы, мы и на это даже не рассчитывали. Не знаю теперь, как вас отблагодарить.
— Успокойся, давай для начала сготовим ужин и уже за едой поболтаем.
— О, вот хотя бы ужином-то мы вас и отблагодарим.
Конь медленно повернул голову в нашу сторону: — В смысле?
— У нас с собой два рюкзака картошки.
— Картофель? Откуда?
— Так мы выращиваем, немного, конечно…
— Подожди, кто «мы»? Вы из Анархии?
— Да, а что?
— Да нет, ничего. Просто у вас нет их отличительных знаков.
— А, это. Мы с братом снимаем шевроны, как только с базы выходим. Они у нас на липучках. Вообще не понимаю, на кой хрен их носить.
— Чтоб тебя свои же не подстрелили.
— Ага, зато патриоты с удовольствием, для них это как целеуказатель. А так, без шеврона, я вольный бродяга и н кому ничего плохого не делал.
— Хорошо, а картофель Анархия давно садит?
— Так уже третий урожай за этот год сняли.
«И почему об этом никто не знает?», «И много его у вас?», «И вы ее едите?» — посыпались вопросы от нас троих.
Андрюха слегка улыбнулся: — Да, она съедобная. Никому не говорим, чтобы народ со всей Зоны к нам не ломанулся. У нас на базе еще около сотни человек осталось, и прокормить их всех не так-то просто. Картофель растет плохо. С каждым урожаем все меньше. В этот раз почти все на еду оставили, посадили лишь несколько ведер. Но надежды на них не питаем. Да и растет она здесь медленно, около четырех месяцев. А еды в лагере осталось примерно на два.
— А где ростите? Прямо вот так, под открытым небом?
— Нет. Пробовали под открытым небом, гниет, созреть не успевает. Дождь-то не кончается. А кто-то предложил высадить в заброшенной конюшне. Ну, крышу подлатали, высадили. Первый урожай порадовал, а чем дальше, тем все хуже.