Выбрать главу

— Кое-кто в большой опасности, и мы должны сказать об этом графу Клаудио или другому важному члену клана, который остался сегодня ночью в Золотом доме.

— Ага, и кто вам поручил это? — Леандро строго посмотрел на них.

— Иви и Алиса. Они вместе с Лучиано и Францем Леопольдом остаются рядом с ними, чтобы со старцем ничего не произошло.

Глаза библиотекаря расширились.

— Это, похоже, какая-то дикая история, и мне не терпится послушать ее. — Он повернулся к охранникам: — Я беру на себя этих двух сорванцов. Пусть случившееся больше не заботит вас. И необязательно упоминать о нем в присутствии графа или других членов клана.

Оба охранника почувствовали явное облегчение. Кто знает, как отреагирует граф? Не обвинит ли он их в том, что дети снова сбежали?

Леандро схватил детей за плечи и потащил за собой. Из его железной хватки просто невозможно было вырваться.

— Рассказывайте! Все, что вам известно.

Таммо не знал, куда библиотекарь вел их, но рассказал все, что знал. Хотя доклад мальчика был довольно запутанным и пестрил жалобами на грубую сестру, еще более невыносимого Франца Леопольда и вообще на всех старших учеников, которые насмехались над ним и не хотели брать с собой на приключения, Леандро получил всю информацию, необходимую для него. Когда Таммо закончил, Леандро ногой открыл дверь в библиотеку и затолкнул обоих вовнутрь.

И что им здесь теперь делать? Таммо как раз хотел спросить об этом Леандро, как тот, открыв огромный каменный саркофаг, стоящий у стены, подтащил маленьких вампиров к нему и громко произнес:

— Вы рассказали все, что мне нужно знать. Я благодарю вас! — В его голосе появилась злая насмешка. — Вы можете спокойно доверить мне все. Я знаю, что нужно сделать. И первое — это удержать вас от дальнейших приключений, которые могут стоить вам головы. Ведите себя спокойно. Это для вашей же защиты.

С этими словами библиотекарь бросил детей в саркофаг, прижал их своими огромными руками, а потом опустил крышку. Грохот каменной плиты оглушил их, отразившись эхом от стен. Потом стало тихо. Оба пленника постарались устроиться поудобнее, насколько это позволял саркофаг, и замерли во мраке, тесно прижавшись друг к другу.

— Думаю, мы сообщили не тому, кому следовало об этом знать. Похоже, мы допустили ошибку, — после длительной паузы сказала Джоанн.

— Надо же, какой глубокомысленный вывод! Как будто я и сам не догадался, — с иронией произнес Таммо. — И что нам теперь делать?

Он почувствовал, как Джоанн беспомощно пожала плечами.

СВЯТИЛИЩЕ-МИТРЕУМ БОЛЬШОГО ЦИРКА

— Добрый вечер, святейший отец. Есть новости от правительства и из дворца короля!

Кардинал ворвался в комнату и широким шагом направился прямо к Папе. Его глаза лихорадочно блестели, и Пий IX растерялся, потому что редко видел его таким.

— Садитесь и рассказывайте мне, что произошло, — сказал Папа и дрожащей рукой показал на стул перед секретером.

Кардинал наклонился вперед.

— Вы плохо спали?

Пий IX покачал головой.

— Наоборот. За прошедшие ночи я ни разу не проснулся.

— Но вы плохо выглядите, если позволите заметить.

— Я стар и чувствую себя соответствующим образом! Господь Бог создал мир именно таким, и это хорошо.

Кардинал подскочил как ошпаренный. На его лице появилось выражение ужаса.

— Святейший отец, — проникновенно произнес он, — вы сняли ожерелье с рубинами, которое я дал вам?

Папа кивнул.

— Да, уже несколько дней назад. Наверное, в старости люди впадают в детство, но оно мне было противно!

Кардинал снова упал на стул.

— Как вы только могли? Я же настоятельно просил вас никогда не снимать его. Неудивительно, что проявились разрушительные процессы возраста.

— Ах, Анджело, о чем вы говорите? Только Бог дает нам жизнь и снова берет ее, когда ему хочется. Вы же не верите всерьез в магические амулеты и камни? Плохо, что простой народ никак не может избавиться от этих суеверий и прочей чепухи.

— Это не еретические россказни, святейший отец. Здесь задействованы старые силы, мрачные и злые, которые, однако, мы можем использовать и в наше время!

Лицо Папы утратило радостное выражение.

— Вы говорите о демонических существах, которые, по вашему мнению, были пробуждены при раскопках Колизея?

— Да! — воскликнул кардинал. — Я нашел способ бороться со злом при помощи того же зла! Неужели вы поверили, что все смерти в окружении короля и в правительстве были случайными? Что это была рука Господа, которая одного за другим уничтожала ваших противников? О нет! Мы заставили злых демонов темноты работать на нас ради достижения нашей святой цели. А потом мы истребим их к Божьей милости.

Он говорил с горящим восторгом, в то время как щеки Папы приобрели мертвенно-бледный оттенок. Пий перекрестился.

— Сохрани Господь вашу бедную душу и возврати ее на правильный путь!

— Мы на правильном пути! — крикнул кардинал. Он схватил святейшего отца за плечо и добавил: — Мы сейчас создаем империю Бога в Италии. Он будет смотреть на нее с благоволением!

— О, ослепленные души, — печально пробормотал Папа. — Вернись и покайся, пока не слишком поздно.

Взгляд кардинала упал на большие напольные часы в углу.

— Да, поздно, мне нужно идти и отдавать распоряжения. Наденьте снова ожерелье, я заклинаю вас! Завтра мы поговорим об этом подробнее. Я объясню вам, и вы все ясно увидите!

И, укутавшись в свою развевающуюся мантию, кардинал поспешил из комнаты.

— Я вижу ясно! Наконец я вижу абсолютно ясно, — прошептал Папа. — Больше, чем мне хотелось бы.

— Принеси мое пальто! Я опаздываю.

Латона скривилась, но выполнила поручение и накинула широкое пальто на плечи Кармело. Это старомодное пальто с накидкой имело одно важное преимущество: оно полностью, с головы до ног, скрывало своего владельца и, в частности, меч, за ношение которого в ночных переулках Рима полицейские патрули могли бы точно задержать его. Отвечать на вопросы любопытных полицейских было последним, что Кармело хотел бы сегодня ночью!

— Где эта проклятая маска? Куда она снова подевалась? — сердился он.

— Здесь, дядя Кармело. — Латона подала ему кроваво-красную бархатную маску. — А мы поедем потом на карнавал в Венецию?

Он не ответил и лишь поспешно запихнул маску в карман. С ближайшей колокольни донеслись удары. Кармело поправил меч, скрывающийся под пальто, и поспешил к двери.

— Я не знаю, сколько меня не будет. Не жди.

— Я не должна ждать тебя? — возмущенно воскликнула Латона. — А что я должна делать? Спать, что ли? Я глаз не сомкну, пока ты снова не войдешь в эту дверь и не расскажешь мне, что произошло!

Кармело остановился, развернулся и сделал два шага к ней. На его лбу пролегла небольшая морщина.

— Не волнуйся, — сказал он и, наклонившись, легонько поцеловал племянницу в щеку.

— Я волновалась бы меньше, если бы ты позволил мне сопровождать тебя.

Его лицо вновь сделалось неприступным.

— Об этом не может быть и речи! Ты не выйдешь из этой комнаты, пока я не вернусь. Я не доверяю этим людям в масках, а кардиналу и того меньше! Они никогда не скрывали, что думают по поводу участия женщин в этом деле, так что даже не думай сотворить какую-нибудь глупость!

— Какую-нибудь глупость? — невинным голосом повторила она. — Нет, конечно! Такого я никогда не сделаю!

Кармело недоверчиво посмотрел на девушку, но время шло, и ему нужно было спешить, чтобы не опоздать на тайное место встречи у цирка. Поэтому он развернулся и побежал вниз по лестнице.

Латона стояла не двигаясь, пока дверь внизу не закрылась на замок. Но потом она словно очнулась. Девушка сорвала накидку с крючка, засунула серебряный кинжал в карман и побежала за Кармело.

— Я и не собираюсь делать ничего, что понимают под глупостью, — сказала она сама себе. — Я считаю абсолютно разумным присмотреть за тобой и твоим собранием.

— Там кто-то идет! — прошипел Франц Леопольд и еще ниже пригнулся за осыпающейся стеной.