Была почти полночь, когда он наконец забрался в постель. Он был измотан, однако не мог сомкнуть глаз. Тишина была слишком громкой.
В конце концов; он встал, взял из ванной рубашку, которую она надевала, и положил рядом с собой.
Глупость, подумал он. Нет, больше чем глупость. Идиотизм.
И тогда до него дошло. Он скучает по ней. Он, который всегда гордился тем, что ни в ком не нуждается, скучал по ней больше, чем мог выразить словами.
ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ
Кейн взял ключи и портфель и направился к двери. Но не успел он ее открыть, как кто-то постучал.
На секунду он замер, прислушиваясь к стуку собственного сердца. Он знал, чего хотел, на что надеялся, но чего не мог позволить. Уиллоу. Но когда он открыл дверь, на пороге стоял Тодд.
— Я рад, что застал тебя, — сказал его босс. — Моя машина что-то забарахлила. Можно, я подъеду с тобой до офиса?
Разочарование было реальным и быстрым, как выстрел. Ему захотелось завыть на небеса, потребовать, чтобы это было она, но после того, что он сказал, разве это возможно?
— Нет проблем, — сказал он Тодду. — Я как раз выходил.
— Представляешь, — пожаловался Тодд. — Рут доставала меня до тех пор, пока я не согласился встретиться с Мариной. И о чем я только думал?
Кейн не ответил и не хотел говорить о Марине. Она напоминала ему об Уиллоу, а думать о ней было так больно, как прежде он и представить не мог.
Она изменила его, угрюмо подумал он. Тишина и одиночество всегда были его убежищем. Но больше нет. будущее казалось пустым, бессмысленным и холодным.
Но как это изменить? Сдаться? Любить и заботиться? А что потом? Если он подпустит ее слишком близко, как сможет защитить себя?
— Что с твоей машиной? — спросил он, чтобы отвлечься.
— Точно не знаю. Не заводится, и все. А она ведь почти совсем новая. Странно.
Что-то щелкнуло в мозгу Кейна.
— В последнее время ты никому не наступил на хвост?
Тодд взглянул на него.
— Думаешь, это неспроста?
— Не знаю. Но лучше позвони в автосервис и попроси, чтобы пока не забирали ее. Пусть ее вначале осмотрит мой парень. Просто на всякий случай.
Тодд чертыхнулся.
— Мне это не нравится.
— Лучше подстраховаться…
Что-то большое ударило их сбоку, вытолкнув на встречную полосу. Машина Кейна вильнула, но ему быстро удалось выровнять ее. Вместе с тем он искал глазами нападавшего, вытаскивая из кобуры пистолет.
Он его увидел. Серебристая иномарка. Она направлялась на них снова. Солнце слепило глаза, не позволяя разглядеть того, кто за рулем.
— Держись, — крикнул он Тодду и внезапно нажал на тормоза.
Нападавший пролетел мимо них. Кейн прицелился, но не успел нажать на курок, как что-то почувствовал. Какую-то вспышку, какой-то намек, что-то такое, за которым последовало ясное и нежелательное осознание того, что Уиллоу не захотелось бы, чтобы он кого-то убил.
Он выругался, снова прицелился, но увидел, как серебристая машина врезалась в фонарный столб и остановилась.
Он съехал на обочину и набрал 911. Автоматически давая всю информацию оператору, Кейн гадал, что еще она изменила в нем и как ему вновь стать тем, кем он был.
В полиции Кейн закончил с делами в половине одиннадцатого. Его машине требовался серьезный ремонт корпуса, но она могла ехать. Он как раз собирался сесть в нее, когда врач «скорой» его остановил.
— Может, нужно взглянуть на вас? — спросил он.
— Я в порядке. Был пристегнут.
— Парень тоже. Иначе был бы уже мертв.
Кейн поглядел на груду металла, в которую превратилась машина.
— В полиции сказали, что он подросток и он потерял сознание за рулем.
Медик кивнул.
— Семнадцать лет. Старшеклассник. Его мать говорит, что у него диабет. Очевидно, утром он не сделал укол и получил инсулиновый шок. Вы прекрасно справились с ситуацией. Если б вы позволили ему врезаться в вас еще раз, не думаю, что он бы остался жив.
Парамедик ушел.
Кейн потрясенно стоял у машины. Семнадцатилетний мальчишка. А если б он его застрелил? Учитывая обстоятельства, обвинения против него не выдвинули бы. Оружие у него законное, и он обученный профессионал. Но едва ли это послужило утешением семье мальчика. И ему.
Шесть месяцев назад он бы выстрелил, не задумываясь. Сегодня не смог, и знал почему.
Тем вечером Уиллоу сидела в уголке дивана, поджав под себя ноги и пытаясь заинтересоваться фильмом, который взяла напрокат. Это была комедия и, похоже, довольно смешная, но ни одна шутка не рассмешила ее. Возможно, потому что боль в сердце была слишком сильной.