Сколько перепалок было между ними, а сейчас Анатолий Васильевич почувствовал пустоту. Что-то важное ушло вместе с Рохлиным…
Сообщение адъютанта вывело Квашнина из задумчивости:
— Товарищ генерал, звонили из администрации президента, рекомендовали разослать директиву, чтобы действующие военнослужащие воздержались от участия в похоронах Рохлина.
Квашнин сказал рассеянно:
— Да-да, готовьте директиву.
На похороны Квашнин все-таки поехал. Он увидел там офицеров и генералов, которых он помнил по Чечне и знал по работе в Генштабе. Здесь были бывшие министры обороны Язов, Моисеев, Родионов, командующий ВДВ Шпак, Стаськов. Многие игнорировали его директиву. В том числе, он сам. Начальник Генштаба почувствовал, что стал выше в своих собственных глазах. Это чувство усилилось, когда он вспомнил, что министр обороны Игорь Сергеев рано утром отправился в госпиталь, сказавшись больным. Главный военный госпиталь имени Бурденко был в трех минутах езды от Дома офицеров Московского военного округа, где шло прощание с генералом Рохлиным.
Огромная очередь пришедших проститься с Львом Рохлиным протянулась от Дома офицеров до самой набережной Яузы. Весь парк перед Домом офицеров тоже был забит людьми. Под деревьями развевалось шахтерское знамя. Все пикетчики пришли проститься с генералом. Минуло обеденное время. Солнце клонилось к закату. Руководитель похоронной комиссии, заместитель председателя Государственной Думы Артур Чилингаров уже назначил время выезда на кладбище, но люди все шли и шли. Милиция перекрыла подходы к зданию. Позднее Артуру Николаевичу придется доказывать своим избирателям, что он не пытался сокращать траурные мероприятия. Ему не поверят, и он вынужден будет просить членов похоронной комиссии подтвердить это письменно…
На похороны приехали известные деятели культуры, люди разных политических взглядов.
— Последний раз я видел здесь столько народа, когда хоронили маршала Жукова, — делился своими наблюдениями старик, проживающий по соседству. — И ведь тоже никого не приглашали. Молчали. В опале он был.
— Такие люди всегда в опале, — откликнулся другой старик. — Их или поганят, или молчат про них. Но народ-то знает, кто чего стоит.
К зданию Дома офицеров подъехал мэр Москвы, и бывший соратник Ельцина Михаил Полторанин, толпа анпиловцев начала выкрикивать:
— Ельцин — убийца!
«А мне-то зачем это кричать? — подумал Юрий Михайлович. — Ельцину и кричите».
Пройдя мимо гроба с телом генерала, мэр оказался в окружении лидеров оппозиции, которые наперебой старались пожать ему руку, и создавалось впечатление, что, несмотря на невысокий рост Лужкова, окружившие его политики будто бы заглядывали ему в лицо снизу вверх. Широко шагая, к нему подошел Зюганов и крепко со значением пожал мэру руку. Встав с Лужковым рядом и рассматривая проходящую мимо гроба публику, он спросил у московского градоначальника:
— Юрий Михайлович, а как идет подготовка к спартакиаде?
— По плану, — сдержанно ответил Лужков, удивившись не к месту и не ко времени заданному вопросу.
17-го июля, в день восьмидесятилетия убиения царской семьи, в Санкт-Петербурге хоронили останки, которые Русская Православная церковь не признала царскими. А по всей России шли панихиды и Крестные ходы.
На Славянской площади в Москве начался большой Крестный ход. Когда он проходил мимо Старой площади, Чубайс наблюдал за ним из окна здания администрации президента. Березовский, проходивший по коридору здания, увидел Чубайса, стоящего у окна, подошел к нему и спросил:
— Что вы там разглядываете, Анатолий Борисович?
— Да опять православные куда-то идут Крестным ходом.
— Судьба у них такая, Анатолий Борисович, — ответил Березовский. — Что им еще остается? А нам делами нужно заниматься. У нас еще много дел в России…
Ольга Щедрина зашла в старинное здание, выстроенное в державном стиле, в центре Москвы и поднялась в приемную Соколова.
— Игорь Николаевич ждет вас, — сказала секретарша.
Ольга зашла в просторный кабинет. Соколов приветливо вышел из-за стола и пригласил ее к маленькому столику в углу кабинета. Он достал бутылку вина и разлил в фужеры:
— Сто лет с вами не виделся.
— Я только что с Крестного хода. Была рядом и решила зайти, — сказала Щедрина. — Знаете, у нас случилась беда, Игорь Николаевич.
— Что же? — озабоченно спросил Соколов.