— Действительно, Лотос… где-то на неограниченном поле…
— Я не потерплю того, что вы забыли и мой голос! Сильвер Кроу, как твоя хозяйка, я приказываю тебе отвесить каждой из них по подзатыльнику!
— Х-хозяйка?!.. Кем ты себя возомнила, букашка?! Кроу — мой «ребенок»!
— И мой ученик, питомец. С твоей стороны весьма неприлично так задаваться, кем бы ты ни была.
— Судя по тому, как вы называете меня то «букашкой», то «питомцем», вы совершенно не цените свои жизни! Что же, будь по-вашему, я продемонстрирую вам свою силу лично! Немедленно отправляйтесь в мой замок!
«Так, пора бежать…»
Впервые за долгое время Харуюки решил, что самое правильное решение — взять руки в ноги. Он уже начал потихоньку пятиться назад, когда Черноснежка вскинула и направила на него правый клинок, заставив застыть на месте.
— Кроу, что это за надменная девица, и откуда она взялась?!..
— Если ты попытаешься сбежать или обмануть нас, Ворон-сан, я сделаю тебе очень-очень больно.
— Э… э-э… э-э-э…
Покачиваясь на ногах, готовых бежать немедленно, стремительно и в бесконечность, Харуюки пытался оценить свои шансы на спасение, но в итоге признал, что объясниться все равно рано или поздно придется, и обреченно кивнул.
— А-а… эта штука, то есть, эта девица — Энеми Легендарного класса, одна из Четырех Святых — Архангел Метатрон… — промямлил он боязливо.
Горделиво запорхав крылышками, маленькая иконка взлетела повыше, вознагражденная ошарашенными взглядами Черноснежки и Фуко.
— Архангел… Метатрон, говоришь?..
— Это — истинное тело Метатрон?.. Но разве она не погибла?..
— Не стоит так изумляться, воины.
«Когда-нибудь они смогут понять друг друга и обязательно подружатся. Когда-нибудь… да, когда в Ускоренном Мире, наконец, установится мир…» — понадеялся Харуюки, представляя соответствующую случаю пафосную музыку.
Метатрон едва не погибла во время жестокой битвы против Брони Бедствия 2, но ее «ядро» все же удалось восстановить.
Затем между ней и Харуюки установилась таинственная связь, которая позволяла ей материализоваться в виде этой самой иконки, в том числе и на обычных дуэльных полях.
В то же время она потеряла почти всю свою силу, и ее истинное тело все еще зализывало раны, скрываясь внутри первой формы, обитавшей в глубине Контрастного Собора…
Все эти объяснения заняли у Харуюки где-то две трети общего времени дуэли. Метатрон периодически вставляла фразы в духе «это не значит, что я пыталась спасти тебя» и «но не думай, что это ты меня восстановил», и Харуюки каждый раз рассыпался перед ней в извинениях. Естественно, он и сам не до конца понимал принципов, по которым происходили эти события, и не мог объяснить всего.
Когда рассказ завершился, Черноснежка и Фуко вновь переглянулись и протяжно хмыкнули.
— После битв с Судзаку и Сэйрю я, конечно, поняла, что высокоуровневые Энеми обладают определенным интеллектом…
— Называй нас «существами», Блэк Лотос или как там тебя.
— Хм, я тоже не думала, что они могут вот так говорить. Да еще и считают себя настолько могущественными…
— Не просто считаю, это действительно так, Скай Рейкер или как там тебя.
Висящая в воздухе иконка взмахивала крылышками и постоянно перебивала, вставляя свои реплики практически в каждую их фразу. Эта сцена частью пугала Харуюки, частью смешила его, заставляя одновременно и обливаться потом, и улыбаться.
Видимо, это заметила и Черноснежка, поскольку она бросила в его сторону многозначительный взгляд и сказала:
— Ну… Кроу, конечно, необычный. Но поскольку он так располагает к себе, не могу сказать, что так уж удивлена его новым знакомством…
— Э… серьезно?..
— Я думала, ты и сам это заметил… но ладно, это пока неважно… — Черноснежка вновь перевела взгляд на висевшую где-то в тридцати сантиметрах выше нее иконку. — Святая Метатрон. Чем бы ты ни руководствовалась, я благодарна тебе за спасение Сильвер Кроу, моего «ребенка».
— Не нужно благодарностей, Блэк Лотос, ведь Сильвер Кроу — мой слуга.
— …Думаю, вопрос о том, кто из нас главнее — «хозяйка» или «родитель» — мы решим на клинках после того, как ты восстановишь силы. Я понимаю, что ты пока вынуждена находиться рядом с ним… но я хочу кое о чем тебя спросить.
— Я не обязана что-либо тебе доказывать… но выслушать вопрос могу.
— Метатрон. Могу ли я считать тебя созданием… которое желает сразиться с Обществом Исследования Ускорения?
Выслушав вопрос Черноснежки, иконка какое-то время молчала.
По «Кладбищу» прокатился порыв холодного ветра, и старые деревья зашелестели жухлой листвой. Где-то вдали послышался волчий вой, а на фоне неба мелькнула стайка летучих мышей.