Выбрать главу

У него был вкус солнечного света и леса. Даффид целовал ее щеку, шею легкими дразнящими поцелуями. И оторвался от нее только для того, чтобы снова поцеловать в губы. Потом его поцелуи, перестав дразнить, стали медленными и томными, полными неясных обещаний. Он медленно опустил платье с ее плеч, чтобы прикоснуться своим теплым ищущим ртом к ее груди. Все, что смогла Мэг, – это вздохнуть и надеяться, что он остановится до того, как дело зайдет слишком далеко.

Но он не останавливался.

Каким-то образом Даффид повернул Мэг так, что теперь ее спина опиралась о ствол дерева. Одной рукой он подхватил ее снизу, так что она двигалась вместе с его телом, прильнув к нему, и хотя его движения были медленными, рассчитанными, она знала, что он возбужден не меньше ее. Никогда еще Мэг не чувствовала себя столь чудесно и столь пугающе, правильно и в то же время в высшей степени неправильно. Ее сердце бешено стучало, но теперь она не хотела останавливаться.

Он спустил ее платье еще ниже, потом стянул с себя рубашку, так что ее обнаженные груди уперлись в его гладкую, теплую, твердую грудь, в то время как его рука подняла юбки и, лаская поверхность бедер, стала продвигаться все выше и выше…

И тут, внезапно открыв глаза, Мэг вдруг поняла, где находится и что с ней делают.

– Даффид, – хрипло проговорила она, когда он опустил рот к ее груди, и посмотрела сверху вниз на темные радуги, играющие в его мягких угольно-черных волосах. – Не надо… Мы не должны. Перестаньте.

И он действительно перестал.

Отстранившись, Даффид вопросительно посмотрел на нее. Его глаза были темнее ночного неба, синее, чем астры.

– Что случилось?

– А вы не понимаете? – Она прикрыла рукой грудь и сделала шаг назад. – Мы не можем делать это, тем более сейчас. Я должна скорее двигаться дальше: у меня есть только несколько дней, а потом – целая вечность дней и ночей наедине с самой собой на всю оставшуюся жизнь. – Она поправила платье, чувствуя себя все еще слишком связанной с ним, слишком вовлеченной в то, о чем потом неминуемо пожалеет. Ей хотелось, чтобы она могла осмелиться протянуть руку и дотронуться до него, но она боялась снова потерять контроль над собой. – Только что вы показали мне, что такое обольщение, и… вы очень хороший учитель. Но все равно я не могу упасть в мох даже с таким красивым парнем, как вы; это не мой путь, я должна оставаться реалисткой. Мир таков, какой он есть, и я знаю, где мое место.

Одна из тонких бровей Даффида чуть приподнялась.

– Но разве вы сбежали со мной не по собственной инициативе?

Мэг прикусила губу.

– Я сделала это в надежде, что никто не узнает.

– А мои брат и бабка, разумеется, не считаются.

На ее лице отразилась боль.

– Я не это имела в виду!

– Ладно, все равно это правда, – мягко произнес он. – Вам повезло.

– Нет, – грустно сказала Мэг. – Удачливой я никогда не была. А что до происшедшего сейчас между нами… О, Даффид, я респектабельное создание с долгой унылой жизнью впереди – даже если удача наконец-то улыбнется мне. Я должна быть такой, и вы наверняка понимаете это.

И тут Даффид наконец улыбнулся.

– Браво, – сказал он. – Вы действительно учитесь.

Глава 9

Даффид и Мэг двигались молча, пока не вышли на поляну перед табором, после чего он остановился в тени, а она побежала к повозке.

Только дождавшись, пока Мэг скроется внутри кибитки, Даффид сдвинулся с места и, зайдя за повозку, занялся своей лошадью. Он чистил и расчесывал ее до тех пор, пока шкура лошади не заблестела, а его мышцы не потребовали отдыха.

Сегодня он снова удивил себя; он вовсе не собирался целовать мисс Маргарет Шоу, хотя она выглядела очаровательно. Все дело в том, что она каким-то образом обманула его бдительность и заставила сказать вещи, которые он редко говорил кому-либо. Прошло много времени с тех пор, когда он был влюбчивым юнцом, но шокирующая правда состояла в том, что на этот раз Даффид за несколько секунд потерял контроль над собой. Если бы Мэг не остановила его, сейчас он услаждал бы ее на мягкой подстилке из лесного мха.

Она была восхитительна, и ее неопытный, но охотный ответ безумно нравился ему, но за этим угадывалось нечто большее. Даффид никогда не делал ничего без причины, а желание не являлось для него причиной достаточной, чтобы рисковать своей свободой. Он ожидал, что Мэг вырвется из его объятий, и просто хотел преподать ей урок, показать, что случается с неосмотрительными женщинами. А все из-за той беспокойной ночи, которую она устроила. Ему было очень трудно сидеть и смотреть, как Джонни плетет вокруг нее свою сеть, и такая правильная мисс Маргарет Шоу медленно запутывается в этой сети, искусно сотканной из смеха и поддразнивания. Пока он смотрел, она принимала напиток Джонни и его шутки, наслаждалась и тем и другим. Разумеется, она не могла не видеть приглашение в глазах Джонни. И все же Даффид не хотел уходить до тех пор, пока не поймет, что Мэг на самом деле собирается делать. В конце концов, это был ее выбор.

Он слышал ее смех, видел ее глаза в свете костра, осознавал ее притягательность и, наконец увидел, как она охотно бросилась в жадные объятия его брата.

Даффид верил всему, что Мэг про себя рассказывала. Но с ним она всегда держалась пристойно, носила эти ужасные серые платья и вела себя так, будто не знает и не интересуется тем, насколько она привлекательна или какой могла бы быть. Прошлой ночью он, наконец увидел ее юное, крепкое тело, когда его силуэт просвечивал на фоне пляшущего пламени костра. Ее мягкие каштановые волосы рассыпались по плечам, губы приоткрылись, когда она, не отрываясь, смотрела в сверкающие глаза Джонни.

Этого Даффид не мог вынести. С него достаточно. Он назначил себя ее защитником, но ему не доставляло удовольствия подглядывать. К тому же ему вряд ли могло доставить удовольствие то, что она оказалась просто еще одной высокородной шлюхой, ищущей приключений. Должен ли он просто уйти, если Джонни хочет переспать с ней, и она тоже хочет этого? В конце концов, ему важна только ее безопасность. Секс может быть небезопасен для одинокой женщины, но если она хочет секса с его братом, что он может поделать?

Некоторое время Даффид стоял в нерешительности. Понимает ли она, что делает? Делала ли она это раньше? И какое ему до этого дело?

И почему она не захотела его?

Потом он увидел, что она пытается вырваться от Джонни, увидел выражение ее лица, ее болезненную бледность и смущение, и тут же у него отлегло от сердца.

Какая же дурочка!

Но разве он не дурак, что так заботится о ней? Хуже того, прикасался к ней сегодня утром…

Мэг смотрела невидящим взглядом на калейдоскоп цветов внутри цыганской кибитки и жалела, что не может уехать. Все утро она просидела одна, становясь все более мрачной. Бежать куда глаза глядят, без плана и даже безо всякого представления, что делать дальше, так же глупо, как… целовать мужчину, которого ты просила помочь тебе, с грустью подумала она.

Теперь Мэг не могла ехать вместе с Даффидом, по крайней мере, не из цыганского табора. Как только она окажется на главной дороге, то наверняка сможет снова напасть на след Розалинды. Вот только мысль о путешествии куда-то без Даффида была болезненна, потому что вопреки всем различиям он оказался внимательным и знающим спутником. К тому же он нравился ей гораздо больше, чем следовало бы.

Когда он прикоснулся к ней, она забыла о своей безопасности. К ней не однажды приставали с поцелуями другие мужчины: родственники, друзья ее работодателей, но она всегда отвечала пощечиной или убегала, если огласка могла повредить ее репутации. Несколько раз она целовалась с молодыми людьми по своей воле, но только для того, чтобы узнать, отличается ли это от вынужденных поцелуев. Во время таких поцелуев ее разум был занят, но тело не отвечало.