«Щелк-щелк-прищелк», — песни соловьев разливались над Березиной. Скучно без батьки, но под переливчатое пощелкивание на сердце приходили любимые слова. Вместе с птицами запел и Толик. Сколько он знал разных напевов и как же любил их вытягивать:
Старые куплеты звучали один за другим. Рыбак, что сидел поодаль, кулаком не грозил и рукой не махал: «Чего ты там, парень, разгорланился? Помолчи-ка!»
Улов прибавлялся. Леска пока целой в воду уходила. Вот и ломоть хлеба исчез — за голодом держать его в кармане не было сил.
Солнце поднялось еще выше и высветило яркой полосой прибрежный кустарник, что высился из воды чуть ниже по течению. После очередной снятой с крючка рыбины взгляд Толика скользнул по этим зарослям. Что-то привлекло внимание: среди веток в воде будто лоскут какой краснел. Зацепился ли чей-то платок или чья-то рубаха при стирке уплыла?
Нет, вплавь не бросишься и не проверишь — плавать не научился. Сквозь густые ветки на лодке не пробраться. Толик огляделся. Ни одной лодки поблизости — полезь он в воду, и спасти будет некому. И все же… Что такое зацепилось? «Эх, была не была», — мальчик положил удочку на лавку и осторожно перелез за борт.
С испугу ли, от холода ли, показалось, что сердце выскочило из груди. Цепляясь за заросли, Толик пробирался внутрь кустарника к таинственной находке. Хлебнул пару раз речной воды, закашлялся — сразу захотелось вернуться! — но руки… руки почти дотянулись до красной ткани. Осторожно повел ее за край влево, вправо. Подалась. Еще чуть-чуть. Через мгновение пальцы вцепились в полотно, и Толик двинулся в обратный путь, не менее сложный и каверзный, чем путь вперед. Одна рука тащила находку, вторая перебирала ветки кустарника. За тканью по воде плыл какой-то обломок палки. У лодки, где водная гладь позволила растянуть ткань по поверхности, стало понятно, за чем отважный мальчишка спускался в воду, едва не утонув. Красный флаг с пятиконечной звездой и с вышитой на нем бело-желтой надписью: «22 стрелковая бригада» колыхался на волнах. Флаг крепился к обломку древка. Смотри-ка, удивительно!
Забросив флаг в лодку, следом забрался сам. Находку закрыл одеждой и взялся за удочку, но рыбалка потеряла значение. Наш флаг, коли красный… Откуда он появился в Березине? И куда его деть?
Вскоре Толик решил: с рыбалкой закончено. Пора домой. Удивление не отпускало: просто так флаги по рекам не плавают! Мамке отдать?.. Она, пожалуй, сошьет отцу рубаху. Жалко, такой красивый флаг распорет на куски. С отцом поговорить? Он-то знает, наверно, куда флаги с надписями следует передать. А как сам батька отдаст флаг матери для пошива той же рубахи?
Перво-наперво надо бы флаг высушить, припрятать, а потом и с отцом поговорить. Может, кроется за всем какая-то тайна? Сушить так сушить! Расстелив полотнище на дне лодки, размотал леску обратно и забросил крючок с насадкой в воду. Клюнуло. Вытащенная плотва выскользнула из рук и плюхнулась на днище, прямо на подсохшую ткань флага. По слову «бригада» расползлась полоской сырая слизь.
— Эх!.. — огорченно воскликнул юный рыбак.
Пришлось полоскать в реке нижнюю половину полотнища.
Только Толик разложил флаг досушиваться на днище, как где-то неподалеку странно затарахтела машина. Откуда она взялась? Потом раздалась барабанная дробь, совсем как у них на школьном празднике. По реке зашлепали фонтанчики воды, приближаясь к лодке. Забавно. Кто бы мог так диковинно разбросать «блинчики» из камней, да еще у самой лодки? Рыбаки так не делают!
Прямо по флагу мелькнула тень, отброшенная пролетевшим самолетом.
Толик и не понял, что по нему стреляли с высоты. Кто так пошутил? Опасность осознал, когда увидел заходящий для повторной атаки самолет. Руки бросились отвязывать веревку, но удалось лишь подтянуть лодку к кустарнику. «Та-та-та», — простучало с небес. «Шлеп-шлеп-шлеп», — раздалось слева от лодки.
Леска, будь она неладна, во время опрометчивого движения лодки зацепилась-таки за ивовую вицу. Пришлось рвать, спешно грести к берегу и выбрасывать на берег и флаг, и одежду, и рыбацкие принадлежности. Но самолет больше не вернулся. Зачем он стрелял по реке?
По дороге, придя в себя после пережитого волнения, Толик решил флаг родителям не отдавать. Пусть останется на память о том, что пришлось испытать.
Неожиданно в голове мелькнуло: «А если стреляли по флагу? Тогда, выходит, стрелял немецкий самолет… Откуда же он здесь?»
Домой пришел после полудня. Высушенный флаг Толик еще на берегу завернул в дерюжку, валявшуюся на днище лодки, и, подойдя к дому, сунул находку в поленницу.